google-site-verification: googleafc8cd59cd220d0d.html
 

КАК ПОВЛИЯЕТ НА ЛЕСОПРОМЫШЛЕННЫЙ КОМПЛЕКС "ЗЕЛЕНЫЙ ПЕРЕХОД"?


Озвученные американским и европейским истеблишментом планы по «зеленому переходу» могут оказать радикальное влияние на мировую экономику. Новая «зеленая экономика» предполагает декарбонизацию промышленности и транспорта, а платить за это, прямо или косвенно, будут предприятия и отрасли, которые используют традиционные углеводородные источники энергии для производства продукции, вне зависимости от стран, где они расположены. На текущий момент сложно предсказать эффективность реализации этих планов в полной мере. Также не ясны инструменты их реализации и возможности российской экономики по адаптации к перспективным изменениям. Если эти планы сбудутся, и реакция российской экономики будет направлена на декарбонизацию промышленности, то шаги государства некоторым направлениям развития топливо-энергетического сектора, например, по масштабным программам газификации, окажутся недальновидными. Любой вариант реализации «зеленой политики» странами Запада повлияет на все сырьевые страны и перестроит мировую экономику.

 

Глобальные планы по внедрению «зеленой энергетики»

Министерство финансов РФ опубликовало «Основные направления бюджетной, налоговой и таможенно-тарифной политики на 2022-й и на плановый период 2023 и 2024 годов» с расширенным разделом об энергопереходе и декарбонизации. Основной вывод отчета заключается в том, что если объявленные намерения ряда стран по достижению углеродной нейтральности к 2050 году (в Китае — к 2060 году) обретут законодательный статус, и этому примеру последуют другие страны, то спрос на нефть снизится катастрофически. Российский Минфин приравнял реальную декарбонизацию мирового ВВП к бюджетной катастрофе — она означает нефть по $25 при падении физического спроса в четыре-шесть раз.


Перспектива мировой декарбонизации однозначно негативно повлияет на российскую экономику, которая сильно зависит от экспорта традиционных углеводородных источников. В то же время, конкурентоспособность товаров, производимых внутри страны, зависит от дешевых энергоносителей, при переходе на более дорогие источники энергии их конкурентоспособность на внешних рынках сократится.


На текущий момент очень сложно определить наиболее вероятные сценарии реализации «зеленой политики». Сценарий реализации может существенно влиять на эффективность той или иной отрасли в новом «зеленом» мире, и на возможности отраслевой адаптации. В настоящий момент, можно только гипотетически оценить влияние надвигающейся «зеленой революции» на мировую экономику в целом, и на российскую экономику в частности. Например, не совсем очевидно, какие направления биоэнергетики будут считаться «зелеными»? Будет ли «зеленой» атомная энергетика? Как будет осуществляться сертификация продуктов с низким уровнем эмиссии карбона при производстве? Существует множество сложных вопросов, которые на настоящий момент не имеют ответов.


Несмотря на большой уровень неопределенности, можно прогнозировать успешную адаптацию отечественной лесной биоэнергетики и лесопромышленного комплекса в новом «зеленом» мире, и для этого есть целый ряд объективных причин.

 

Лесопромышленный комплекс в выигрыше?

Мировой лесопромышленный комплекс находится в состоянии дисбаланса. Это касается как развитых, так и развивающихся стран. Дисбаланс вызван деградацией целлюлозно-бумажной промышленности, отсутствие роста потребления целлюлозы в последние десятилетия, что приводит к снижению спроса на балансовое сырье. Растущее мировое производство древесностружечных и древесноволокнистых плит не компенсирует снижения спроса на балансы и другую низкокачественную круглую древесину, которая неизбежно возникает при лесозаготовке. При этом, мировой рынок опережающими темпами потребляет качественную массивную древесину, в виде пилопродукции и изделий из нее.


Такое положение дел приводит к повышенному спросу на пиловочное сырье, снижению спроса на балансы и дрова, что в свою очередь приводит к снижению экономической эффективности лесозаготовительной деятельности и лесного хозяйства. В российской действительности, ситуация еще хуже. Спрос на балансовое сырье крайне незначителен, особенно если взять во внимание масштабы лесов страны и объемы потенциальной заготовки круглого сырья, а на дровяную древесину спрос практически отсутствует.


«Существенные участки лесов не привлекательны для заготовки из-за потенциально большого объема выхода дровяной древесины, которая не имеет заинтересованных потребителей, особенно это касается лесов с большой долей лиственной секции. Средняя доля дровяной древесины в не самых плохих лесах Северо-Западного Федерального округа составляет 20-30%, в центральной России доля выхода дровяной древесины существенно выше, из-за большой доли лиственных древостоев и может превышать 50% от заготавливаемого объема круглого сырья. Отсутствие эффективного лесовосстановления в течении десятилетий и сверхинтенсивная эксплуатация привели к замене хвойных пород мягколиственными и существенному ухудшению промышленной ценности лесов. Такая ситуация наблюдается не только в центральной России, но и на северо-западе страны, на южном Урале, в западной Сибири, на Дальнем Востоке и других, традиционно лесных регионах России. Вовлечение дровяной древесины в хозяйственный оборот повысит рентабельность и привлекательность лесозаготовительной деятельности, улучшит санитарное состояние лесов и позволит провести мероприятия по улучшению породного состава насаждений путем увеличения доли хвойных пород, что повысит общую ценность лесов. Было бы замечательно, если бы даже порубочные остатки имели свою стоимость и вывозились бы на теплоэнергетические станции, как это имеет место быть в Финляндии и Швеции» – резюмирует Липский Виталий генеральный директор ООО «Национальное Лесное Агентство Развития и Инвестиций (ООО «НЛАРИ»).


Если новая «зеленая экономика» создаст спрос на низкокачественное древесное сырье, как в виде стволовой дровяной древесины, так и в виде древесных отходов, то это будет являться безусловным позитивным фактором для развития лесопромышленного комплекса. Варианты реализации подобного сценария имеют широкие рамки, однако любой вариант будет повышать эффективность ЛПК.


Необходимо признать, что «зеленая экономика», которая определяет древесное топливо, как топливо наряду с традиционными источниками энергии и создает его конкурентную стоимость является благом для российского лесопромышленного комплекса. Вовлечение дровяной древесины в хозяйственный оборот в формате топлива для генерации энергии позволяет повысить спрос на низкокачественные категории круглого сырья на рынке, повысить их стоимость и создать развитый рынок агломерированного и не агломерированного лесного биотоплива. Такое развитие событий повысит экономическую эффективность лесозаготовительной деятельности и лесного хозяйства, сделает привлекательными делянки с большим выходом дровяной древесины и повысит привлекательность рубок ухода.

 

Существует ли в природе российская лесная биоэнергетика?

Существует ли биоэнергетика в России, в том понимании, в котором она кристаллизовалась в странах Европы и северной Америки? Что представляет собой российская энергетика? Эти и многие другие вопросы возникают при осмыслении формулировки «российская лесная биоэнергетика».


Безусловно, в России практически нет масштабных программ по внедрению промышленной или полупромышленной генерации энергии на возобновляемых источниках энергии, а также действующих программ по развитию использования лесных и древесных отходов для генерации энергии. Российская лесная биоэнергетика находится в зачаточном состоянии с точки зрения институциональных основ, законодательства, поддержки государства, развития рынка и других элементов, которые детально прописаны и сформулированы в странах Запада и реализованы на практике. Российский рынок лесного биотоплива практически отсутствует, по сравнению с европейским или североамериканским. Тем не менее, российская лесная биоэнергетика существует, и она представлена в следующих кластерах:

1. В виде развитой отрасли по производству древесных топливных гранул и брикетов, ориентированных на экспорт в страны Европы и Азии. Данное направление прошло длительный эволюционный путь и на текущий момент является одним из самых успешных направлений в российском лесопромышленном комплексе. Безусловно, речь идет о древесных топливных гранулах, преимущественно производимых из отходов лесопильных или лесоперерабатывающих производств. Подобная интеграция существенно повысила эффективность лесопильной отрасли. В некотором роде можно говорить о позитивном влиянии развития европейской биоэнергетики на российский лесопромышленный комплекс;


2. В виде внутреннего потребления, агломерированного и не агломерированного лесного биотоплива энергетическими компаниями и частными лицами. Данное направление слаборазвито и во многих случаях экономически не оправдано, на фоне низких цен на традиционные углеводородные энергоносители. Для широкого развития данного направления нет экономических и политических стимулов, несмотря на потенциал быстрого внедрения данного направления в энергетику, прежде всего, за счет перевода угольных ТЭЦ на древесное сырье или совместное сжигание;


3. В виде использования древесных отходов для сжигания на лесопромышленных предприятиях. Это направление генерации тепловой, а в ряде случаев и электрической энергии представлено на большинстве российских лесопромышленных предприятий, что делает их независимыми от традиционных источников энергии;


Российский лесопромышленный комплекс является крупнейшим поставщиком древесных топливных гранул на рынок стран ЕС. Данный сегмент лесопромышленного комплекса постоянно растет и является одним из самых успешных продуктов в российском ЛПК за последние 15 лет. Текущий объем производства приблизился к отметке 2,5 млн.тонн, из которых экспортируется порядка 90%. Развитие отрасли не было безоблачным. Можно вспомнить банкротства многих предприятий по производству пеллет, а также банкротство самого крупного производства топливных гранул в Европе – ООО «Выборгская лесопромышленная корпорация». Тем не менее, отрасль развивается и в настоящее время, преимущественно представлена предприятиями, интегрированными в состав лесопильных или других деревоперерабатывающих производств, что повышает устойчивость и экономическую эффективность всей цепочки технологической кооперации.

Производство древесных топливных брикетов существенно ниже, так как данный вид топлива пользуется ограниченным спросом на европейском рынке, что ограничивает предложение российских производителей.

В России отсутствует промышленное потребление агломерированного и не агломерированного лесного биотоплива для генерации тепловой и/или электрической энергии, а также отсутствует широкое потребление биотоплива домохозяйствами. То есть, в стране нет развитого потребительского рынка для лесного биотоплива, а также нет государственных программ поддержки развития этого рынка. Некоторые примеры потребления лесного биотоплива в точечных решениях или в ограниченных сегментах не меняют общую картину, как и не меняют общей картины программы развития биоэнергетики, реализуемые в отдельных регионах.


Необходимо признать, что в ситуации, наблюдаемой последние десятилетия в России, лесное биотопливо проигрывало по экономической целесообразности природному газу и углю, как на промышленном уровне, так и на уровне домохозяйств. Однако постоянный рост цен на традиционные энергоносители постепенно повышает привлекательность лесного биотоплива в глазах потребителей. При реализации глобальных программ «зеленого перехода» стоит ожидать еще большего роста цен на традиционные углеводородные энергоносители внутри станы, что будет стимулом для развития рынков лесного биотоплива.


Политика государства в области использования лесного биотоплива и развития его потребления всегда была нейтральной. Нет особых запретов для естественного развития данного направления, но и нет никакого стимулирования или поддержки отрасли, в отличии, например, от газовой отрасли, которая широкого поддерживается государством, в виде газификации населенных пунктов, строительства ТЭЦ на газе, создания новых магистральных газопроводов и пр. Для отрасли лесной биоэнергетики нет действующих государственных программ, не разработано эффективных механизмов и регулятивных мер. Безусловно, по сравнению с газовой и угольной отраслью, лоббистский потенциал лесной биоэнергетики на федеральном уровне равен нулю, несмотря на попытки некоторых лесных регионов стимулировать развитие лесной биоэнергетики общий уровень развития внутреннего потребления биотоплива остается крайне низким.


Определенным исключением, из описанных выше кластеров лесной биоэнергетики, являются лесопромышленные предприятия, которые давно используют отходы лесопереработки и деревообработки для генерации тепловой, а в ряде случае и электрической энергии (см.п.3.). Для лесопромышленных предприятий, сжигание древесных отходов для генерации энергии является единственным экономически эффективным решением, так как в данном случае решается не только вопрос генерации энергии для нужд предприятия, но и вопрос утилизации древесных отходов. При вывозке древесных отходов на полигоны ТБО затраты будут перекрывать всю возможную выгоду от использования традиционных видов топлива – угля или природного газа. Для лесопромышленных предприятий разработано эффективное котельное оборудование на древесных отходах и теплогенераторы, использующие древесное и/или комбинированное топливо (с добавлением природного газа или угля).


Можно констатировать, что лесная биоэнергетика в России присутствует в лесопромышленном комплексе в виде генерации энергии, путем сжигания древесных отходов и в виде производства агломерированного биотоплива (прежде всего древесных топливных гранул) для внешних рынков. Внутреннее потребление лесного биотоплива для генерации энергии практически отсутствует.

 

Как «зеленый переход» отразится на отрасли?

Российский лесопромышленный комплекс оставляет минимальный карбоновый след, при сравнении с другими отраслями промышленности, а значит теоретически не подлежит «зеленому налогообложению». В этой связи, российский лесопромышленный сектор готов к адаптации к условиям «зеленого перехода» больше, чем другие отрасли российской промышленности. Этот фактор, позволяет прогнозировать привилегированные условия для российского лесопромышленного комплекса в мире, функционирующем по новым «зеленым правилам», что в свою очередь предполагает большую рентабельность, экономическую устойчивость отрасли и свободный сбыт продукции на внешних рынках.


В то же время, вынужденное развития зеленой энергетики внутри страны, в том числе в формате лесной биоэнергетики, дает шанс на увеличение потребления дровяной древесины для генерации тепловой и электрической энергии в промышленном формате, а значит возникновение спроса на эту категорию круглого сырья, которая сейчас просто сжигается на делянках из-за отсутствия потребителей.


Как было сказано выше, спрос на дровяную древесину позволяет повысить промышленную ценность лесов, при взвешенной политике лесовосстановления. Кроме того, повышается экономическая эффективность рубок ухода, что закономерно приведет к улучшению санитарного состояния лесов.


Аналогично, стоит ожидать роста внутреннего потребления древесных топливных гранул, как в промышленном, так и частном формате. Удовлетворение спроса будет возможно только при расширении производственных мощностей по выпуску агломерированной продукции, что будет стимулировать дальнейший рост этой отрасли.


По словам генерального директора ООО «НЛАРИ», Липского Виталия, - «Любой сценарий реализации «зеленого перехода» будет драйвером для российского лесопромышленного комплекса, создавая множество стимулов для развития. Эффекты от развития новой мировой энергетической концепции позитивно повлияют на лесное хозяйство и лесозаготовки, сформируют новые подходы к использованию древесных отходов и их эффективному сжиганию. Стоит ждать развития внутреннего рынка, агломерированного и не агломерированного лесного биотоплива, в том числе развития производства биодизеля из древесного сырья, что позволит использовать топливо, подходящее под требования нового «зеленого мира» на транспорте. Лесопромышленный комплекс может быть драйвером развития новой «зеленой энергетики», так как является носителем компетенций в области заготовки древесного топлива, его переработки и адаптации и эффективного сжигания».

 

Примечание:

При использовании материалов аналитического блога STRATFORest ссылка на Национальное Лесное Агентство Развития и Инвестиций обязательна.

 

Связанные материалы:



RSS Feed
ПОПУЛЯРНЫЕ СТАТЬИ
НОВЫЕ СТАТЬИ
ПОИСК по ТЕГАМ